Halalcsillag
Live fast...die young
О птичках
Автор: Halalcsillag
Фэндом: BigBang
Персонажи: ТОР, GD
Рейтинг: PG-13
Жанры: Слэш (яой), Ангст, Психология

Бетонные стены холодной комнаты нагоняют в тоску. Становится очень больно и одиноко, от мысли, что это был всего лишь сон. Сон, в котором все было так по настоящему, в котором они вдвоем были счастливы. Сынхен не знает, что связывало его с Джиеном, но определенно это была не любовь. Потому что если бы он любил Джиена, он ждал бы его, мучился, но ждал, как это делают герои романов, преодолел бы все сложности, но дождался бы его. Если бы он любил Джиена, они бы ходили вместе на свидания, ели мороженное, пили горячий кофе, когда замерзли, посетили парк аттракционов, как это делают влюбленные. Если бы он любил Джиена, он был бы нежен и боялся прикоснуться к нему, их первый раз, как и первый, поцелуй он бы обязательно запомнил. Если бы Сынхен любил Джиена, он бы никогда не допустил такого исхода ситуации.
Сынхен посмотрел на часы, стрелки показывали около четырех утра. Он поспал всего лишь сорок минут. Он попытался разобрать на составляющие последние двадцать четыре часа его жизни. Но ничего не получилось, его сознание воспроизводило только отдельные моменты. Кажется, он подрался с Джиеном. Снова. От мысли, что у этого засранца тело ноет от боли, на лице Сынхена появилась довольная ухмылка. Хотя бы так, он оставит о себе воспоминание.
Сынхен прошел в ванную, включил свет и посмотрел на себя в зеркало. Бледный, даже, кажется кожа начала просвечивать. Он умылся, и снова посмотрел на себя. За ухом царапина, дело рук Джиена. Только он мог так аккуратно оставить увечья на теле Сынхена. Правильно, он умеет, часто практиковался на его душе. Резал, царапал, впивался зубами, прогрызал и снова кусал. Да так больно, что хотелось кричать, вопить или просто броситься с моста в холодную реку, чтоб остудить боль. Приложить лед.
Капли воды стекали по шее Сынхена, он почувствовал его дыхание совсем рядом с собой, еще чуть-чуть. Чувство, что вода пропиталась Джиеном и теперь манит и соблазняет его. Удар в зеркало кулаком. Потому что осточертело смотреть на свое лицо. Потому что все бесит, эта вода, это время, эти стены, а главное он раздражает сам себя. Похоже, что он перестарался, потому что крови стало слишком много. Очень много. Сынхен научился этому у Джиена. Все делать с размахом. Собираться спонтанно в клуб, цеплять девушек, а потом среди ночи меняться. Их третьим другом стал алкоголь и какая-то дурь. Джиен уверял, что это совсем ненадолго, пока есть свободное время. Что ж в этом он был прав. Это совсем ненадолго. Его лидер всегда ценил свою работу и выполнял все по максимуму. Идеал, трудоголик, гений и самый настоящий псих. Потому что жил, в каком-то своем придуманном мире. Без любви, уверял, что эта цена его гениальности. Признаваться в любви вымышленным девушкам, говорить о высоких чувствах, скрывая за этим толстую стену одиночества. Джиен только немного приоткрыл дверь, чтоб Сынхен проник в этот безумный мир. Сочинял вместе с ним песни, выдавал странные звуки. Но все это было не то, не так как у Джиена. Сам он объяснял это так: «у каждого есть свой шизанутый мирок» .
Ну что ж пусть будет так, а пока нужно смыть эту алую, до омерзения теплую кровь с его руки. Сынхен разделся, заметил пару синяков и кровоподтеков, видимо драка была в полную силу, а потом встал под душ. Вода была отрезвляюще холодной, он смотрел на кафельный пол, на то отверстие, куда стекала красноватая вода. Уходила навсегда. От холодной воды его сознание начинает вырываться из коматозного состояния. Вчера он успел еще что-то сделать с Джиеном. Страстный шепот, до боли знакомо прозвучал над ухом Сынхена. Теперь он еще отчетливей вспоминает интимные подробности. Сладкий вкус, хрип… Сынхен прикрывает глаза и начинает тихонько петь неизданную песню, его и Джиена гимн. Звук воды из душа аккомпанимирует совершенно не в такт. Наплевать. Тихий мелодичный шепот, теперь Сынхену кажется, что он подпевает ему. Слуховая галлюцинация. Он скатывается на пол, это движение было настолько растерянным, что со стороны казалось неуклюжим. Хотя кому так могло показаться? Сынхену было наплевать, он вспомнил последнее самое важное событие. Тот самый завершающий кусочек, который так хочется найти при собрании пазла. Нашел, и теперь никогда не отпустит. Сынхен вспоминает горький поцелуй с привкусом табака. Шампанское, которое так понравилось Джиену. Его руки, тело, манящие ключицы и капельки пота, скопившиеся между ними и шеей. Он помнит нежный изгиб спины, мягкий голос, стоны «еще» и еще много чего, что можно описать страниц на пять в каком-нибудь дешевом дорожном романе. Все это было по-настоящему, все это случилось с ними. А потом сладкий миг, прерван настоящей дракой. Но Сынхен не помнит почему. Все это время он сидел под ледяным душем, и теперь его кожа уже не была просто бледной, она было мертвецки бледной с признаками синевы. Сынхен кусал губы, теперь они были фиолетовыми. Он сильно дрожал, его колотило так сильно, что не петь, не шептать, не даже говорить он нормально не мог. Мозг посылал команды «Подъем», «Пора уходить». И только на сотый его призыв Сынхен, почему то решил встать и добрести до кровати. Наверное, это был его предел.
-Что придел? - Сынхен истерически состроил улыбку – Да, моя жизнь только началась…
Эти слова эхом разнеслись по пустой квартире, отразились от мебели и каких-то предметов, долетели до ушей Сынхена. Он снова улыбнулся, мягче и немного тоскливо.
Натянув новое нижнее белье, джинсы и свободную кофту с растянутыми рукавами, он попытался дойти до кухни. Тело все еще дрожало, зубы громко стучали. Ему хотелось пить, очень хотелось. Странное чувство, его всего колотило от холода, тело еще сохраняло признаки синевы, но его горло жгла жажда. Так сильно, что он, наверное, мог рычать как дракон. Стакан, вода из-под крана, и жажда утолена. На миг, на секунду. Еще один стакан. Он сел на пол, скрестил ноги и попытался вспомнить причину драки. Тщетно. Просто они поссорились, вспылили. Они даже не орали друг на друга, просто удар за ударом, со всей силы. А потом Сынхен ушел. Где-то напился, дополз до своей квартиры, лег спать. И увидел прекрасный сон. Где они с Джиеном были счастливы, без драк и любви, но счастливы. Сидели вместе где-то на песке, о чем-то говорили. Даже не смеялись, просто были вместе. Был ром или виски, каждый отпил несколько глотков, но даже не думал пьянеть. Солнце не било в глаза, его даже не было видно, было просто светло.
Воспоминания Сынхена прервали тихие шаги, и мягкая рука на плече, а потом голос. Сынхен нехотя открыл глаза.
-Джиен это ты? – прошептал он.
На его лице была разбита губа, на шее тоже были мелкие царапины, рука, лежавшая на плече у Сынхена, была перебинтована.
-В агентстве я сказал, что заболел, Ёнбэ я сказал, что подрался с кем-то, поэтому буду сидеть у тебя, пока не пройдут синяки. Ты чего тут сидишь, я закурю? Где сигареты?
Все как обычно, только времени около шести утра. В поведении ничего не изменилось. Нужно держаться, вести себя соответственно роли.
- Вчера лишку выпил, в горле пересохло, я больше не курю, вредно.
-Ах, ты ж злодей, бросить меня решил? Ладно, мне тоже пора завязывать, менеджер говорит, голос стал хуже звучать. Считай что все, бросил. Завязал.
Оба улыбнулись, по-честному, как для себя. Сынхен встал, тело еще дрожало, но это уже пустяковая мелочь. Он пошел в комнату, лег на кровать. Почувствовал радом тело Джиена, похоже, он лег рядом. Молчком. Джиен дышал ему в шею, кажется, что-то хотел сказать.
В какой-то миг Сынхену надоело все это притворство, он повернулся, чтобы сказать Джиену как сильно нуждается в нем, но Джиена не было рядом. Его вообще не было в доме. Он даже не приходил. Кажется, все стало только хуже. Сынхен заболел, и заболел сильно. Температура, все тело как в огне, ломит, выжимает все до последнего. Феникс перерождается. Старое все сжигается, остается только пепел, такой серый, который легко распотрошить дуновением ветра. Звонит телефон, рука очень тяжелая, голова вообще не шевелится, а чтоб открыть глаза и речи быть не может. Они приклеены, самым сильным клеем. Зашиты стальными нитками, он просто привык к темноте. К тому, что создает свой, особенный мир. Не такой как, у Джиена, другой. Может менее шизофренический, может маленький, по сравнению с его мирком. Но зато свой родной. Из пепла, с новыми надеждами, песнями в голове, он возродился. Маленький такой, крохотный, но живой. Много шума вокруг, иногда шум затихает, снова что-то кричат. Его трогают, что-то колют, пытаются расклеить глаза, на мгновение яркий свет. «Как в конце туннеля» - подумал про себя Сынхен. Он не хотел умирать. Да, он и не умирал. Почему то он точно знал это. А еще знал, что на его плече лежит Джиен, настоящий, не галлюцинация. Лежит и сопит. Так же он знал, что Джиену снится тот же сон, где они просто так сидят на песке.
-Кажется ему лучше – голос Ёнбэ вдалеке. – Джиен, ему, наверное, тяжело, можешь встать?
-Не хочу! - а этот голос совсем рядом с ухом. Проснулся, только что.
-Нам уже пора.
-У меня еще не сошли синяки, мне нельзя в таком виде… -запротестовал Джиен.
-Хватит ныть, доктор сказал не мешать Сынхену.
-С ним точно все в порядке?
-Конечно, это же наш Сынхен, знаешь, ты его совсем испортил, больше не забирай его в свой мирок.
- Знаю, получил уже за это. Я продал ему последний билет до конца. – Голос начал отдалятся, приятная тяжесть исчезла с плеча. Стало легче и грустно. Он один лежал в своей комнате, какое число не знал. Так же как и не знал, сколько дней пролежал в отключенном состоянии, перерождался.
Сынхен встал, в другой комнате слышались голоса друзей. Он посмотрел в окно, светло, но солнца не видно. Там, где слышались голоса, что-то разбилось. Он вышел на звук. Кажется, Джиен разбил одну из его ваз с песком. Теперь на полу было песчаное море с осколками. Ёнбэ укоризненно смотрел на Джиена, возможно хотел накричать, знал, как Сынхен любит порядок, но сдержался, потому что увидел его.
-Сынхен ты в порядке? – Начал Ёнбэ. В ответ последовал кивок, Сынхен присел на одно колено рядом с рассыпавшимся песком. Напротив Джиен, грустно смотрел в сторону. Наверное думал, что он будет его ругать. Потом первым нарушил молчание:
-Как во сне да?
-Ага, - ответил Сынхен. – Когда-нибудь я утащу тебя в свой мирок, будь готов! – Он встал, отряхнулся. – А сейчас быстро все убери!
Он ребячески улыбнулся, сейчас уже все в порядке. Все его «кажется» и «не любовь» исчезли, как и чувство, что пора уходить из мира Джиена. Из-за этого они и подрались. Джиен не хотел отпускать, а Сынхену просто надоело быть на правах гостя. Он хотел большего. Вот и получилось так глупо.
-Знаешь, Сынхен, ты нас больше так не пугай! – вновь начал Ёнбэ. – Мы все звонили тебе, а ты трубку не брал, хорошо у Джиена есть ключи. Когда он позвонил мне, был такой напуганный, что-то лепетал о том, что ты весь горишь. Врач сказал, переохлаждение.
-Ты что, гад, совсем забыл как горячей водой пользоваться? – Закончил за Ёнбэ, Джиен.
-Ага, я просто мозги отрезвлял. Спасибо, что позаботились, больше не буду.
- Да ты знаешь, как мы волновались!
-Ага, знаешь, я песню новую сочинил, хочешь послушать?
Джиен и Ёнбэ переглянулись. Оба знали, что в бреду, сочиняются самые лучшие песни. Это точно будет хит. О птичках и о чем-то новом.

@темы: gdragon, top